Константин Груздев: «Против нас применено бактериологическое оружие!»

Константин Гудзеев, главный эксперт по болезням свиней ФГБУ «ВНИИЗЖ», рассказал нам свое понимание причин и предложил целый комплекс эффективных мер решения проблемы распространения африканской чумы свиней в России.

– Какую позицию на пути АЧС занимает сегодня ваша лаборатория?

- Африканка держала путь в нашу страну с Кавказа: Чечня, Ингушетия, Северная Осетия – это как раз те тракты, по которым были первые вспышки АЧС в РФ. Отследить хронологию продвижения может любой: все карты распространения АЧС открыты в интернете. В отношении этой инфекции Россельхознадзор занял четкую позицию – траспарентную: весь мир видит, что мы ничего не скрываем. Любой случай проявления АЧС находит свое отражение в нашей отчетности, в наших отчетах МЭБ, в наших статьях, публикациях, сообщениях. Но тем не менее, несмотря на принимаемые меры, ситуация на сегодняшний день очень тяжелая. На этом фоне было принято решение на базе ФГБУ «ВНИИЗЖ» создать референтную лабораторию – это одно из структурных подразделений нашего федерального центра, который будет заниматься и гармонизацией нормативной документации по этой проблеме, и разработкой планов мониторинга, который необходим для подтверждения нашего благополучия по болезням, в том числе и по АЧС, и разработкой рекомендаций для Россельхознадзора. Прежде всего это требуется для эффективного использования передовых методов и технологий в ликвидации этого заболевания.

– Вы считаете, что сейчас научная, практическая база и кадровый состав ВНИИЗЖ для такой работы достаточно укомплектованы?

- Я бы сказал, что это только начало, а в перспективе мы хотим, чтобы эта лаборатория развилась и стала полноценным научно-исследовательским заведением. В наших планах – вести развернутую программу по противодействию АЧС, в том числе производить и диагностические препараты, чтобы понимать, что представляет собой возбудитель африканской чумы свиней. Также мы со временем планируем вести генетический мониторинг, следить за тем, как трансформируется вирус, потому что наша страна – это огромная территория с различными географическими и климатическими зонами. Учитывая, что в нашем эпизоотическом процессе уже участвует и дикая природа, в частности кабаны, – эта система приобретает несколько усложненную конфигурацию. Поэтому референтной лаборатории нужны специалисты, необходимо взаимодействие с международными структурами. Тем более сейчас, когда проблема АЧС вышла на международный уровень. И говорить о том, как сейчас некоторые пытаются, что Россия – это средоточие вируса – это, наверное, неправильно. Потому что вирус есть и в Грузии, он есть в Азербайджане, есть в Армении и, судя по публикациям, дикие кабаны уже пробрались с эндемичных зон в Иран и, наверное, уже в Турцию. Несмотря на то, что это страны мусульманского вероисповедания, дикая природа – она не смотрит на вероисповедание. Она живет по своим законам. А вирус АЧС развивается в ней по своим правилам.

– Константин Николаевич, понятно, что чума расползлась по всей территории России, Россельхознадзор с 2007 года не скрывал ситуацию, но мнение ведомства услышано не было и проблему решить, к сожалению, на этапах ее зарождения не получилось. По Вашему мнению, что сейчас необходимо предпринимать?

- Нам, во-первых, надо осознать, что мы столкнулись с необычной проблемой. И пока мы это не осознаем, пока мы не поймем на всех уровнях, от низового звена до самого высшего, что против нас применено бактериологическое оружие, попытки избавиться будут тщетны. Не стоит относиться к АЧС как к обыкновенному микробу, который мы можем просто сковырнуть как с зуба. Только тогда у нас что-то получится. Мы уже доказали, что это не ветеринарная проблема, это проблема общая национальная. Поэтому должны осознать весь масштаб бедствия и принять те меры, которые используются в военное время.

Необходимо признать, что занос АЧС на территорию РФ – это акт биологического терроризма, а развитие этой эпизоотии назвать биологической войной. Я думаю, так будет не просто правильно, а станет основой, на которой мы сможем грамотно строить борьбу против этой инфекции, включая все ведомства, которые должны участвовать в этом деле.

И показательные примеры уже есть в истории тогда советской ветеринарии: вспомним, как ликвидировали АЧС в прошлом веке в Одессе. Возглавил операцию Косыгин, председатель Совета министров, была подключена армия, было проведено отчуждение большой территории, уничтожены все животные. Так чуму ликвидировали в самом зародыше.

Второе – надо приравнять сокрытие заболевания АЧС владельцем животных от ветеринарной службы к террористическому акту. Если он скрыл, то что он скрыл? Прежде всего – свое неумение защитить животное, что в результате способствует распространению инфекции. И те меры, которые сейчас принимает ветеринарная служба, – этого явно недостаточно.

За нарушение требований по утилизации биологических отходов нужно повысить уровень наказания до уголовного. Нужно создать ветеринарную полицию с функциональным подчинением Россельхознадзору.

– То есть получается уже ветеринарная полиция?

- Такой опыт у нас уже был, работала ветеринарная милиция на территории Советского Союза. И, как показала практика, очень эффективно работала. И вот с возникновением таких ЧС типа ящура и других инфекций, когда требовалось подключение специализированного подразделения, приезжали люди, которые обладали особыми полномочиями. Мы на сегодняшний день, как и все ветеринары, не имеем права даже спросить паспорт, не имеем права даже проверить владельца личного подсобного хозяйства, когда этого требуют обстоятельства. Представьте неравные позиции мониторинга и вируса: раз в три года, в соответствии с законом, мы имеем права посмотреть, что творится в свинарниках. А куда может добраться АЧС за три года...

Еще один, на мой взгляд, эффективный метод: организовать денежный фонд для выплат пособий лицам, своевременно сообщившим о нарушении ветеринарно-санитарных правил содержания, транспортировки, убоя животных и реализации продукции свиноводства. Такая практика существует. Например, приезжаешь в Уругвай, где 25-30 млн КРС, а там везде стоят плакаты: пожалуйста, сообщите, у кого появился ящур. То есть основу экономики составляет скотоводство. И главная угроза этому животноводству – ящур. Поэтому там все делается, чтобы предотвратить это заболевание. Ну, раз у нас получилось такое, что АЧС на сегодняшний день – это свершившийся факт, то нам надо все силы и возможности использовать, чтобы все общество поняло, насколько опасна эта беда. Недавно, по заявлению СМИ, Онищенко озвучил такую вероятность, что вирус АЧС может трансформироваться и стать опасным для здоровья человека. Учитывая законы природы, такое вполне может произойти, и исключать этого нельзя ни в коем случае.

И обязательно нужно активизировать работу общественных организаций, объединяющих производителей свинины, и направить эту работу на повышение санитарного статуса свиноводческих хозяйств. То есть получить создание зон безопасности или свободных от свиней зон в радиусе от 30 до 100 км. Это даст новый импульс борьбы с АЧС. Почему? Потому что сейчас мы говорим о зонах угрозы от очага АЧС, а там нужно будет поставить преграду и сделать зону безопасности до 100 км.

– Свободные, Вы имеете в виду, частные подворья?

- Да. Вот эту заботу на себя должны взять владельцы крупных свиноводческих хозяйств. Они должны искать такие подходы, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. Чтобы люди тоже понимали свое участие в таком благом деле, как освобождение от АЧС. Есть опыт Южной Кореи, где в целях предотвращения заболевания на крупных свиноводческих комплексах такая политика проводится. То есть эти свиноводческие фермы, крупные комплексы выкупили когда-то всех свиней у частников, но взамен предложили продукцию свиноводства по более дешевой цене. Это надо, может быть, делать в рамках каких-то программ, но, тем не менее, это практика оправдала надежды свиноводов Южной Кореи. На государственном уровне требуется разработать проекты свиноводческих ферм мощностью от 10 голов и выше, способных работать по принципу закрытого типа с соблюдением ветеринарных норм и правил, а также боен, предусмотрев льготное кредитование проектов. Такой способ тоже не мной придуман, это из опыта Испании. Когда испанцы подошли к такой черте, встали перед выбором, либо они останутся вообще за бортом Европейского союза, либо принимают решения и выбирают путь европейского сообщества. И тогда они пришли к выводу, что хорошо, конечно, бабушке иметь свинку, но это опасно, это ведет в никуда, в обнищание страны. Тогда были предложены проекты таких свиноферм, проекты боен. Для того, чтобы все это работало в таком ключе, когда исключается возможность распространения АЧС. Это нужно включить в какую-то программу поддержки фермерского движения и проводить, конечно, настойчиво.

На законодательном уровне надо повысить требования к лицам, желающим заниматься разведением свиней. У нас ведь все сейчас хотят стать фермерами. Вот я буду фермером, если тем более мне дадут миллион или два на заведение. Я лично сам поработал на производстве, возглавлял ветеринарную службу области, я спрашивал: а почему ты не хочешь купить токарный станок, и делай оборотные петли, точи какие-нибудь детали, это же тоже востребовано. Нет, это же надо уметь, надо знать, а вот завести 10 свиней и где-то подешевле купить корма, потом подешевле их реализовать в тайне, не заплатить налогов, – вот это у нас способны делать все без всякого образования. Поэтому мы предлагаем повысить требования к этим людям, чтобы они имели специальное образование и знание основ ветеринарии и нормативной базы.

И обязательно ввести идентификацию животных, повысить учет и тем самым привлечь муниципальные власти к этой проблеме. Без этого проблема АЧС не решится. Это когда мы приезжаем в какой-нибудь муниципальный район, а у человека, который возглавляет этот район или сельское поселение, индифферентное отношение. Он говорит, что для него эти вопросы не прописаны ни в законе федеральном, ни в его каких-то должностных обязанностях. Поэтому – с него взятки гладки – он очень спокойно к этому относится, хотя страдают от вируса его избиратели.

Следующий важный шаг: надо ввести обязательное страхование свиней. Это один из косвенных рычагов влияния на владельцев свиней. Почему? Потому что если застрахованная свинья умрет, то страховщик проводит расследование. И потом, ему нужные какие-то деньги, чтобы страховать свинью. Таким образом мы осложняем процесс ведения свиноводства людьми, которые на сегодняшний день уклоняются от исполнения требований ветеринарного законодательства. Ну и, естественно, это сейчас у всех на слуху, необходимость разработки Федеральной программы по борьбе с АЧС, по ликвидации АЧС. Действительно, программа нужна, она должна аккумулировать вот эти все наши пожелания на сегодняшний день. Пока это только пожелания.

Как следствие – потребуется при формировании бюджета РФ предусмотреть создание резервных денежных фондов. Это очень большая внутренняя политика с участием регионов в ликвидации АЧС. Но, тем не менее, фонд этот там есть, и эти фонды необходимо в том числе направлять и на ту беду, которая называется АЧС. Надо иметь обязательно деньги на случай ЧС. Ведь, как показала практика, люди идут с пониманием на отчуждение животных. Правда, это понимание приходит тогда, когда они уверены, что им компенсируют потери в течение недели, допустим. Тогда все проблемы решаются гораздо легче.

Субъектам, в свою очередь, необходимо обеспечить условия для перевода ЛПХ и крестьянских фермерских хозяйств на альтернативное свиноводству направление животноводства. Это действительно их обязанность, которую они должны исполнить. Такие программы существуют, но, так сказать, ни шатко ни валко, они реализуются очень медленно. АЧС требует конкретных сжатых сроков, если мы хотим с ней бороться. Нужно дать отмашку, дать не на один год, и тогда эффект будет ощутим.

– Но ведь еще есть и дикая природа, где даже отследить передвижение животных сложно...

- Но можно. Если и в этой сфере ввести цивилизованные методы борьбы с вирусом: программу замещения в охотничьих угодьях европейской части России кабана альтернативными видами животных. Мы должны правильно понимать, что нет «бесхозных» кабанов, все они живут на территории, которая в чьем-то ведении, в ведении охотничьих хозяйств или частников. Мы сейчас сталкиваемся с тем, что владельцы не хотят признать ответственность за этих животных. Снова в стороне – ведь если такого понимания нет, значит, нет и спроса. Однако когда начинаешь владельцам лесных угодий объяснять, то они все-таки начинают осознавать свою причастность к решению проблемы. А если, как мы сказали выше, приравнять случаи АЧС к террористическому акту – все встанет на свои места, все будут неравнодушны и начнут заниматься АЧС. Потому что угроза от диких кабанов исходит сегодня реальная. И говорить о том, что давайте оставим пару кабанов – значит свести на нет все усилия. У нас есть разработанный план по искоренению АЧС, который утвержден министром сельского хозяйства. Там четко прописано, что должны быть буферные зоны по 200-100 км, должна быть депопуляция в этих зонах. Депопуляция кабана. К сожалению, все это делается с трудом, потому что разные ведомства волнуют разные интересы.

– То есть победа над АЧС должна быть одна на всех?

- Только так она и возможна. И больше внимания стоит уделить науке. Таким организациям, как наша референтная лаборатория, не жалеть на такое важное орудие средств, оснастить хорошим необходимым оборудованием. В том числе и для того, чтобы вести мониторинг на генно-инженерном уровне.

– Вы привели большой перечень тех вопросов, которые нужно воплотить в жизнь, чтобы победить АЧС, но нигде не прозвучал вопрос разработки вакцины.

- Я считаю, что на сегодняшний день тех знаний, которые мы имеем, недостаточно, чтобы произвести препарат, отвечающий всем требованиям. Поэтому нужно не жалеть денег, вкладывать в науку и проводить этот научный поиск. Необходимость создания вакцины против такой опасной болезни животных можно сравнить с созданием вакцины против СПИДа или иммунодефицита, той инфекции, которая на сегодняшний день значима для человека. Наверное, это как раз и есть отражение той необходимости детального изучения этой проблемы. Естественно, это требует больших денег, потому что нужно изучать уже на генном уровне все проблемы, связанные с возбудителем.

Есть еще одна экзотическая научная гипотеза: вырастить свинью, не подверженную АЧС, методом селекции, скрещивания и прочего. Это, конечно, кажется странным, но только подтверждает, что все усилия необходимо направить на решение проблемы. И прежде всего стоит подключить все ведомства на борьбу с этой бедой. Иначе можно потерять большую отрасль, которая играет существенную роль в нашей стране, и оставить не у дел тех людей, которые живут в селе, хотят разводить свиней и употреблять их в пищу.